Наследие. Живопись и Иконопись Суздаля
Школы с высокой живописной культурой
существовали в Суздале уже с давних времен. Древнейшие работы суздальских иконописцев поражают богатством и силой красок. Самые древние иконы оказываются самыми светлыми и цветными. Наша иконопись не умела существовать без радостной и сильно «поющей» краски. Иконописцы любили алые и голубые цвета, палевые и светлые фоны, отличающие как воск жемчужными переливами. Недаром светлым назывался сам фон иконы.
Феофан Гречин.
Исходным пунктом суздальской иконописи является Византия. Из целой плеяды мастеров-византийцев выделяется Феофан Гречин, свободомыслящий философ, либерал и новатор. Знакомясь с древними иконами Суздаля, приходится констатировать влияние этого изумительного изографа. Уже тогда намечаются излюбленные цвета суздальской иконописи: красный, красновато-коричневый, желто-золотистый и оливково-зеленый. Этими цветами писалось в иконе все главнейшее. Техника иконописания была связана с известными, никогда не нарушавшимися традициями. Иконописец верил в эти традиции, боготворил их. В своих иконах он выявлял все лучшее в себе, всю свою душу. Этот «аристократизм» лучше всего виден в произведениях Андрея Рублева.
Андрей Рублев
не чужд Суздалю. В 1408 году Великий князь Василий Дмитриевич приказал художнику совместно с Даниилом Черным приступить к росписи церкви Владимирской Богоматери. Особенность Рублевского письма была передана и суздальским мастерам. Игнорируя совершенно реализм, суздальцы окончательно закрепили иконописный стиль и в этом их огромная заслуга, с которой они позднее подходят к московской школе.
Иван Грозный
неоднократно бывая в Суздале, в какой-то степени влиял на иконописцев. С этого времени слились два течения: Национально-православное, внесенное митрополитом Макарием и царское, внесенное самим Грозным.
Макарий,
окруженный толпой писцов, иконников, стремился к изображению идей в лицах и событиях. Грозный — к орнаментальному апофеозу царской власти. Начиная с этого времени иконопись теряет свой монументальный строго идеалистический стиль и обильно принимает в себя народные и национальные черты. Сильный привкус Востока прослеживается в искусстве. Горный пейзаж превращается в русской живописи в условный узор, эллинистические здания сменяются луковицами церквей и теремами. Дальнейшая судьба суздальской иконописи тесно связана с развитием русского искусства. Многие мастера Суздаля вызывались в Москву.
Мы все больше видим
среди иконописцев посадских людей. Кроме посадских иконописью занимались и монастырские люди. В суздальском соборе Рождества Богородицы в Пределе Святителей Федора и Иона находятся пять икон работы знаменитого Симона Ушакова. В Богородице-Рождественском соборе и Ризоположенской церкви по правую руку от входа помещена икона Распятия. Эта икона — коллективная работа двух суздальских иконописцев Ионинова и Бабухина. Сравнивая икону по манере письма с иконами Покровского монастыря в Суздале, написанные в 1686 году Артемием Картурцом, Флором Луховляниным и другими прямыми учениками Симона Ушакова, мы должны признать, что техника письма стояла на должном уровне.
Суздальская иконопись процветала
и в первой половине ХVIII века. Корифеями тогдашней иконописи были: Иоанн Федоров Родионов, Илья Артемов, Михаил Дмитриев, Горшков и другие.
В Суздале находится несколько работ Куприянова.
Но в это же время в городе появляется много икон, привезенных из Польши, написанные по католическим образцам. Недолго просуществовала школа Куприянова.